А как быть, если ребенок одинаково хорошо владеет и правой, и левой рукой?

Нередко он начинает писать и правой, и левой рукой, иногда рисует левой, а пишет правой или перекладывает ручку из одной руки в другую, попеременно используя правую и левую руку, что сильно затрудняет процесс формирования навыка письма. Часто взрослые — и педагоги, и родители — придерживаются такой позиции: «какую руку чаще использует, той пусть и пишет». Но одно дело — выполнять привычные бытовые действия, другое — писать. Существуют даже специальные термины: «графическое функциональное превосходство» (т. е. бывают «графические левши» и «графические правши») и «бытовое функциональное превосходство».

Исследования французских ученых показали, что в 90% случаев «графические левши» оказываются и «бытовыми левшами». Такое же соотношение и у правшей. Но есть дети-амбидекстры и в бытовых, и в графических действиях. Такое разнообразие вариантов создает сложности при выборе руки для письма. Поэтому еще раз разберем некоторые возможные варианты.

1. Ярко выраженные бытовые левши, но графические амбидекстры, т. е. одинаково хорошо пишущие и рисующие и правой, и левой рукой. Как правило, эти дети — левши, но дома или в детском саду их переучивали с раннего детства, при рисовании поощряли работу правой рукой. У этих детей процесс обучения письму пойдет легче, если они будут писать левой рукой, хотя качество письма может быть неудовлетворительным .

2. Ярко выраженные бытовые правши, но пишут и рисуют левой рукой или одинаково правой и левой. На практике причиной использования при письме и рисовании не правой, а левой руки может быть травма правой руки, нарушение моторных функций правой руки. В этом случае целесообразно учить ребенка писать правой рукой.

Очень часто десяти заданий недостаточно для того, чтобы определить, какой рукой ребенок действует более активно и ловко. В этих случаях можно выбрать дополнительные задания, например из тех, которые предлагает французская исследовательница М. Озьяс:

1. Зажечь спичку (мы не рекомендуем это задание).

2. Почистить обувь щеткой.

3. Вставить стержень в отверстие пуговицы (бусины) и поднять ее.

4. Намотать нитку на катушку (лучше использовать деревянные катушки).

5. Перелить воду из одного сосуда в другой.

6. Попасть иголкой в небольшую точку (можно сделать «мишень» на листе бумаги или использовать игру «Дартс»).

7. Отвинтить гайку рукой (ключом). Можно использовать детали металлического или пластмассового конструктора.

8. Сложить мелкие детали (пуговицы, бусины) в узкий цилиндр (во фла кон с узким отверстием).



9. Проколоть дырочки в листе бумаги (5-6 раз) иголкой, булавкой.

10. Стереть ластиком предварительно нарисованные крестики.

11. Продеть нитку в иголку.

12. Стряхнуть с себя соринки, пыль.

13. Капнуть из пипетки в узкое отверстие бутылочки.

14. Достать бусинку ложкой из стакана.

15. Позвонить в колокольчик.

16. Закрыть, открыть застежку-молнию.

17. Выпить воду из стакана.

В тех случаях, когда определить ведущую руку трудно, обратите внимание на задания 3, 4, 6, 12-14. Эти действия непривычны, не натренированы и позволяют более объективно оценить превосходство одной руки над другой.

Сама процедура определения рукости проста, но сложные случаи встречаются очень часто.

Разберем некоторые из них.

Сереже 6 лет и 4 месяца, уже полгода он учится в нулевом классе гимназии. Фактически дети проходят программу первого класса, поэтому и требования соответствующие — нужно достаточно быстро писать и на уроках письма, и на математике. Сереже не удается писать буквы и цифры и быстро, и красиво. Но этому никто не удивляется. Снисходительны и учительница, и родители. Сережа тоже считает, что так и должно быть, ведь он — левша. Если приходится писать больше трех-четырех предложений, начинает болеть рука, движения становятся неловкими, а почерк — все хуже. Это и вызвало тревогу родителей.

Обследование показало, что Сережа почти одинаково использует в бытовых действиях и правую, и левую руку, а графические движения лучше (точнее, увереннее, четче) выполняет правой, даже несмотря на тренировку левой, которой он пишет. Беседа с мальчиком и мамой позволила многое объяснить. Оказалось, что мама, зная о негативных последствиях переучивания леворуких и сама испытавшая на себе эти проблемы (она леворукая, но пишет правой рукой, так как ее в детстве переучили), очень боялась навредить ребенку и убеждала его в том, что левой рукой ему будет писать удобнее, легче. Мальчик научился писать левой рукой, но признался, что умеет писать и правой, так как время от времени («когда рука болит») перекладывает ручку в правую руку. Выяснилось, что Сережа должен писать правой рукой. Он скорее всего «бытовой амбидекстр», но «графический правша», т. е. бытовые действия выполняет обеими руками, но писать будет правой рукой.



Второй пример совсем не типичен, но и такие случаи бывают.

Ване скоро восемь, пошел в школу, но только полгода назад он впервые взял в руки ручку. Почти год, как он живет в нормальной семье, с мамой и папой и еще пятью такими же, как он, приемными детьми. До этого почти два года беспризорничал, несколько раз попадал в детские дома, но сбегал.

Мама волнуется: «Не получается никак с письмом, буквы все неровные, корявые, и ручку как-то странно держит в левой руке. Вообще-то он быстрый, ловкий, бегает хорошо, прыгает, в футбол любит играть. Я не заставляю его правой рукой писать, может быть, не учился вовремя, поэтому не получается. Детство у него было уж очень тяжелое, мать пила, скитался, голодал, бит был всеми да по любому поводу. Может быть, от этого. К нам трудно привыкал, если бы не отец, не знаю, что было бы. Ваня от него теперь не отходит, старается подражать ему во всем. Главный авторитет, главный судья — отец».

Тестируем Ваню. Разговорили с трудом. Сначала выполняет задания неохотно, все интересуется: «Зачем?», «Что будет?», «Что родителям скажете?» Но постепенно включается в игру. Внимательно наблюдаем — практически во всех действиях чаще использует правую руку, рисует правой и левой рукой с закрытыми глазами одновременно — рисунок правой четче, движения более уверенные. Неловко забивает гвоздь — сначала берет молоток в правую руку, но потом, словно что-то вспомнив, перекладывает в левую. Складывает конструктор в основном правой, но вот нужно гаечным ключом отвинтить гайки, и опять перекладывает ключ из правой руки в левую, хотя ему не удобно. Заметив наше внимание, Ваня вдруг говорит: «У меня пока левой рукой не очень хорошо получается, но я тренируюсь, вот специально в кармане мячик ношу, сжимаю его по сто раз». — «Ваня, а почему не правую?» И слышим неожиданный, но все объясняющий ответ: «Хочу как отец быть». Оказалось, что приемный отец Вани — левша. Желание во всем подражать человеку, который стал и отцом, и другом и, может быть, впервые в жизни — защитником и опорой, оказалось столь велико, что ребенок слепо повторял за ним все движения: «Если отец пишет левой — я тоже, если держит молоток или гаечный ключ в левой — я тоже».

Мы не стали ничего объяснять мальчику, посчитав, что это должен сделать отец. Оказалось непросто объяснить Ване, что далеко не всегда и родные дети во всем похожи на родителей, очень часто у леворуких отцов бывают праворукие сыновья. Но отец нашел убедительные доводы. У этой истории могло быть не очень благоприятное продолжение, если бы мама была менее внимательной.

Попробуем спрогнозировать возможное продолжение. Во-первых, должны были нарастать и углубляться трудности письма. К нарушению почерка постепенно добавились бы ошибки, замедленный темп. Эти проблемы — основа других трудностей обучения. Во-вторых, учитывая историю развития ребенка, можно полагать, что есть и благоприятный фон для развития нарушений психического здоровья. Все это в сумме, даже при отсутствии других отягчающих факторов, могло привести к школьному стрессу, вызвать негативные поведенческие реакции, разрушить еще неустойчивые отношения ребенка в семье.


a-podpitivanie-nedobrozhelatelnosti.html
a-policy-as-the-public-phenomenon.html
    PR.RU™